«Грильизмо». К анализу цифрового популизма итальянской «третьей» партии. Часть 2

В первой части статьи обсуждалась политическая программа движения и история его возникновения, во второй же части мы перейдём к обсуждению сторонников движения в социальных сетях.

Как уже упоминалось, виртуальная поддержка была чрезвычайно важна для движения. Отчасти это было обусловлено тем, что оно создавалось вокруг блога Беппо Грилло, который и проделывал, вместе со своим «стратегическим аналитиком», львиную долю работ по его организации. Это наложило своеобразный отпечаток, как на требования движения, так и на его действия. Сторонники движения в социальных сетях в меньшей степени (по сравнению с гражданами Италии) готовы участвовать в политических действия в реальной жизни: только небольшая часть виртуальных сторонников регулярно участвовала во встречах, митингах, бойкотах организованных Грилло. Но, в тоже время, было создано ядро активистов втянутых в политику на местном уровне, которые собирались и активно обсуждали сложившуюся в их регионе ситуацию и действия муниципальных советов. Они активно оппонировали им и предлагали свои альтернативы. Всё же, надо упомянуть о том, что и у ведущих политических партий, низы так же не отличались активностью на местном уровне.

Исследования, проведенные в октябре и декабре 2011 года показали, что многие из виртуальных сторонников M5S при ответе на вопрос «каких взглядов вы придерживаетесь» (надо было расположить свои взгляды на шкале 1-5, где 1 — левый, 5 — правый) в подавляющем своём большинстве указало своё место, как «2». То есть, по их собственным ощущениям, были «левыми». В тоже время, по сравнению со взглядами сторонников PD (Partito Democratico), они были правее. В дальнейшем ситуация менялась. По одному из исследований (2012), 32% сторонников M5S указали себя как левых или лево-центристов (падение с 48% по сравнению с 2010 годом), в тоже время доля правых и право-центристов поднялась с 11% до 28%. Среди электората движения преобладали мужчины — 60%. Старше 45 лет (2012) — 45% (подъём с 30%). В тоже время, основной возрастной контингент во время локальных выборов 2012 года был возрастным — старше 45 лет составляли 57%. Яркое свидетельство того, что молодежь и средний возраст разочаровался в политической системе Италии и партиях. Так что «анти-системные зерна гнева», которые тщательно рассаживал Грилло, падали на подготовленную почву.

Ещё одним источником роста движения, что было выяснено как раз после электоральных побед на Сицилии, представляет собой население Юга страны, где проблемы окружающей среды стоят очень остро. А как раз на этом Грилло играет особенно хорошо. Впрочем, в условиях, когда мафия, скажем в той же Калабрии и Неаполе, контролирует вывоз мусора, его незаконное складирование, и где систематически происходит загрязнение с/х земель и рекреационных зон, потенциальных выборщиков предостаточно, чтобы движение держалось на плаву ещё довольно долго. Благо, официальные партии, раз за разом показывают свою неспособность решать эти проблемы.

В тоже самое время, внутренняя конструкция движения неустойчива и в любой момент может происходить дрейф тех или иных фракций на сторону, к более внятно «определившимся» сторонам.

Возможные проблемы, могущие расколоть движение, у M5S проявятся отнюдь не со стороны таких вопросов, как проблема иммиграции (её сторонники довольно либерально относятся к ней), не аборты (скорее Грилло родит), проблема в том, что сидя на двух стульях — условно-правые и условно-левые — движение раскалывается по социально-экономическим вопросам. Для части движения ценность представляет ослабление экономического регулирования, свободный найм и свободное же увольнение работников, а вот для других — наоборот, гарантия занятости, регулирование на рынке труда и т.д.

Перейдем теперь непосредственно к фанатам Грилло из соц.сетей. Анализу подверглись фанаты комика из сети Facebook.

Таблица 1

Что обращает на себя внимание — доля старших возрастов выше, чем по Италии. И при всем при этом, согласно исследованиям, во время выборов, электорат Грилло был в целом моложе, чем у остальных партий.

Географически поклонники распределились следующим образом:
— Милан и окрестности — 19%,
— Рим и окрестности — 17%,
— Неаполь и окрестности — 11%,
— Турин или Болонья и их окрестности — оба по 9%,
— Флоренция и окрестности — 8%,
— Венеция и окрестности — 7%.

Виртуальная статистика не шибко отличима от реальной: наибольшие успехи M5S показало именно на Севере и на севере Центра страны. На эти два региона приходятся 70% виртуальных поклонников. На все остальные — Юг, Сицилия и т.д. — 30%. Причем, 1/3 — на Неаполь, крупный городской центр. Таким образом, можно сделать немудреной вывод, что большая часть сторонников движения находится среди населения крупных городских центров и в целом более урбанизированных территорий.

Говоря иными словами, свести поддержку Грилло к тому, что его якобы поддерживает «сельское быдло», как на это иногда намекали «светлые либеральные лица», — нельзя. Это в корне не верно. Зато его сторонников много среди горожан, разочарованных в политической действительности и тихо её ненавидящих. При этом, сторонники Грилло гораздо более образованы, чем в среднем по стране.

Таблица 2

Бросается в глаза, что доля его сторонников с высшим образованием в два раза, а выпускников школы и имеющих среднее специальное — в 1,5 и более раз выше, чем в среднем по стране. Это полностью совпадает с географией сторонников — горожане крупных центров, выходцы из урбанизированных регионов. Причем, как промышленных — Турин, так и финансовых — Рим, Милан, так и торговых и культурных — Флоренция, Венеция и т.д. Зато, именно среди его поклонников — доля безработных выше более чем в 2 раза, а студентов — в 6 раз (для них характерна, в условиях кризиса, неустойчивая, временная занятость).

Таблица 3

Как видим, на яростную риторику Грилло есть кому отозваться. И более того, в условиях кризиса и роста безработицы, в условиях неуверенности в завтрашнем дне, наиболее разочарованные в политической системе Италии собираются под его знаменами. В принципе, они бы могли собраться и под крылом левых, но PD, слабая работа с низовым активом, а в целом — принятие правил игры и боязнь даже словесного радикализма — скорее отталкивают от «левых» служащих, интеллигенцию, безработных и студентов. Злее надо быть, товарищи «левые». Злее. Не бояться себя и своего прошлого. Не каяться за него на каждом перекрестке. Система падет, весь вопрос — в чьи руки.

Особенность «структуры» движения проявляется и в том, что большинство сторонников не являются его формальными членами. Ну, отчасти, это соответствует формальной установке, заданной Грилло. Он же не зря постоянно повторял, что отвергает «партийный аппарат». Поэтому только 19% опрошенных заявили, что они являются формальными сторонниками движения. Но, при всем этом, именно среди молодежи доля формальных сторонников выше, чем среди других возрастов.

Таблица 4

Такая неформальная структура, конечно же, оказала влияние на то, как участвуют сторонники M5S в политических акциях. И к чему они готовы.

Таблица 5

Обращает на себя внимание два момента: первое — большое количество «болота», которое просто не согласилось отвечать на вопрос. Эдакие «стыдливые радикалы», или, точнее — на словах мы все революционеры, а вот на деле… С другой стороны, чего мы ожидаем, от колеблющихся служащих и других промежуточных групп? И всё же, не смотря на то, что доля радикализма, даже по сравнению со всей остальной Италией вообще, якобы меньше, потенциально, тех, кто бы «никогда не принял участия» в акциях прямого действия, на удивление мало. В разы меньше. Иными словами, возможность участия зависит от масштабов яростных криков с электронных и реальных площадок: если бы «завтра» Грилло позвал на «штурм баррикад», количество отозвавшихся было бы гораздо больше. Другое дело, что медиа-звезда и медиа-магнат не звал людей на «баррикады». Изменения планировалось произвести изнутри системы, эдакий «мещанский энтризм». Только через саму же систему выборов, только через парламент, только ненасильственно. Это и есть, в определенной степени, предел «грильистского» радикализма.

Перейдём теперь к тому, что больше всего беспокоит поклонников Беппо Грилло из социальных сетей.

Таблица 6

Ну что тут сказать… Экономические последствия кризиса, его социальные последствия беспокоят сторонников Грилло гораздо больше, чем любые другие вопросы. Вопрос миграции занял вообще — 12 место(!!!), терроризм — 14(!!!), а оборона и внешняя политика — 15(!!!). Какая-нибудь LN (Северная лига) уже давно бы белугой выла, как и PDL (партия Берлускони), по-поводу мигрантов и преступности, разжигая национализм, подальше упрятывая экономические вопросы. А здесь наоборот: сторонники движения обращают внимание в первую очередь на то, что творится у них под боком. В определенной мере они своеобразные «изоляционисты», которые настроены резко отрицательно к внешней политике Италии, к ЕС и, в определенной мере, это прямо соответствует социальному положение сторонников M5S. На голодный желудок, без каких-либо перспектив, в условиях дикой политической коррупции и ухудшения уровня жизни задумываться о «великих перспективах» итальянской демократии в ЕС или на внешней арене просто не с руки. Что и говорить — в определенной мере это прямые клиенты левых. Но…

Интересно взглянуть по ответы по-поводу иммиграции.

Таблица 7

В общем, для сторонников движения миграция не стоит на первом месте, более того, она рассматривается даже положительно! Короче говоря — для них это не тот вопрос, по которому надо скрещивать пики и мутузить соперника по роже.

Социальная принадлежность сторонников движения и их серьёзная озабоченность социально-экономическими вопросами сказались и на их оценке своего будущего и будущего страны. Только 26% (по Италии 55%) предполагали, что ситуация останется такой же, как и на момент опроса (2012), ухудшения ждали примерно треть респондентов, но — более четверти считали, что она улучшится. В тоже время, 2/3 считали, что ситуация в Италии будет и дальше ухудшаться (предчувствия их не обманули), только 10% думали, что будет улучшаться (в 2 раза меньше, чем в среднем по Италии). В целом, сторонник Грилло смотрел на ситуацию в Италии крайне пессимистично. Причем, как исходя из своего личного положения, так и вообще, исходя из того, что он видел вокруг.

Таблица 8

Этот пессимизм усиливался, как только сторонник M5S обращал свой взгляд на итальянский политический Олимп. Тут у него срабатывал рефлекс — «так блеват и кидат». Даже на фоне крайнего разочарования в итальянской политике, что было характерно для всего общества — согласно январским (2012) исследованиям La Repubblica только 3,9% выражали веру в партии, а 8,9% в парламент — сторонники движения выделялись ещё большей неприязнью, если не ненавистью к «давно прогнившему зданию партийной политики» (как говаривал Грилло).

Таблица 9

Дополнительно заданный вопрос — «в правильную ли сторону идёт Италия, особенно в плане её политике внутри ЕС» — высветил полное неприятие итальянской политики. Что особенно важно, это то, что тезис о своеобразном «изоляционизме», который характерен для избирателей и сторонников Грилло, находит своё подтверждение в неприятии действий ЕС. Если его суммировать с озабоченностью экономической ситуацией внутри страны и, как будет показано ниже, с убеждением в большей важности для экономики мелких и средних предприятий, перед нами встает портрет горожанина (экс-мелкого собственника, или разделяющего его иллюзии), озабоченного втягиванием страны на положении слабого партнера в империалистический союз (ЕС), который уже привел к ухудшению уровня жизни, господству крупнейших концернов, как своих, так и иностранных (в первую очередь ФРГ и США) в экономике и политике (через политическую коррупцию).

Таблица 10

Такой уровень недоверия, конечно же, провоцирует следующий вопрос: а как сторонники M5S относятся к политическим и общественным институтам Италии? Как они относятся к большому бизнесу, газетам, доверяют ли они своим собственным соседям? Вот тут-то нас и поджидает самое интересное — избиратели и сторонники Грилло не просто им не доверяют. Практически все основные институты общества и государства Италия вызывают у них сильнейшее недоверие, в некоторых случаях больше напоминающих ненависть.

Таблица 11

Как видим, ничего странного — государственным институтам, церкви, правительству, партиям, обычной прессе — ТВ, газеты, радио — сторонник Грилло не доверяет. Большое недоверие у него вызывают профсоюзы и большой бизнес, ЕС и ООН. Пожалуй только мелкий и средний бизнес, вместе с интернет, вызывают у него положительные эмоции. Но это скорее, с одной стороны, надежды при его помощи держаться подальше от государственных учреждений (иллюзия, но она разделяется и большинством итальянцев вообще), больших денег, а с другой — недоверие традиционным СМИ, которые всегда были тесно связаны с партиями и магнатами (вспомним того же Берлускони), а также участвовали в компании шельмования участников движения.

А в целом, перед нами люди, полностью разочаровавшиеся в государстве Италия. И конечно же, дерзкий комик, который рубает правду-матку прямо со сцены, найдёт у этих людей полное понимание. «Да пошли они на» — разочарование, недоверие и убеждение в том, что «эту страну мало что спасет» или даже «гори оно огнём» — вот, какие чувства движут избирателем Грилло. Он разочарован, в какой-то степени циничен, но ещё верит, что можно как-то повлиять на ситуацию и улучшить своё положение и положение своей страны. Как это ни странно, сторонник Грилло, если и разочарован в своих соседях и «человечестве», то не сильнее чем гражданин Италии вообще.

Таблица 12

Поиск утраченного единства, разочарование в политической системе, желание что-то изменить — всё это и колеблет людей в сторону поддержки движения Грилло.

Таблица 13

Не смотря на то, что экономические положения программы не играют такой уж большой роли в деле привлечения новых сторонников в движение, одновременно с этим и упоенность Грилло не является основным побудительным мотивом для вступления или поддержки движения. Это важный момент, который часто опускается из виду, потому что, если уж движение называют популистским, то обязательно должен быть местночтимый фюрер, ради которого люди и идут в такого рода образования. Но, для M5S это не вполне так: пусть Грилло и выражает убежденность участников движения в необходимости перемен, типично «фашистским деятелем», как об этом пытался убедить своих читателей New Statesmen он не является (как не является им и Найджел Фарадж, с которым Грилло стал союзничать). В тоже время, с фашистскими движениями Грилло сближает риторика, принципиальная неопределенность экономических положений программы, постоянные риторические нападки на монополии, буржуазную демократию, упор на экологию, а также на традиционные семейные ценности. Кроме того, Грилло вполне спокойно относится к фашистам, считая, что для них вполне возможно найти место в движении. И одновременно с этим, от фашистских движений его отдаляет существенно меньший упор на миграционные проблемы, упор на социально-экономические проблемы «рядового гражданина», свобода слова и совести, неприятие церкви и государства, свобода информации, требования «малого» правительства (вплоть до расформирования государственных служб) и слабо выраженные «великодержавные амбиции».

Ясное дело, что у английских комментаторов от страха глаза уж слишком сильно расширились и повыпадали из орбит. Иначе просто не понять, зачем надо было сравнивать M5S с фашистами и из глубин сознания извлекать на свет божий факт того, что Муссолиниевская партия набрала, как и Грилло, на первых же общенациональных выборах более 20%. Дело не только в том, что времена нынешние не те, что были в начале века 20: просто нельзя воспринимать ту или иную политическую силу по риторике её членов. Дела, дела важнее риторики, а они до сих пор не позволяют отнести M5S к ультраправым. Нынешние «грильисты» скорее страдают «парламентским кретинизмом», чем упором на «прямые действия». Они в большей степени напоминают каких-нибудь «демократических» (ДемПартии) или «консервативных» (РеспПартия) либертарианцев из  США, чем современных неофашистов. Что немаловажно — одним из серьёзных убеждений сторонников Грилло является необходимость исправление Италии в сторону её большей «европейской нормальности»! Уточнение, пусть и небольшое, но важное — пока что избирателю Грилло важна не просто Италия, важна Италия демократическая, с работающими дем.институтами, с высоким уровнем жизни, с минимальной коррупцией.

Это хорошо видно по самоощущению сторонников движения.

Таблица 14

А также по тому, за кого они голосовали, когда M5S ещё и не существовало в принципе (выборы 2008).

Таблица 15

За партии условного «левого центра» голосовало 44,6% от сторонников Грилло (с учетом того, что в 2008 году их было явно меньше, чем в 2012). В тоже время, себя как «левых» охарактеризовало 45% сторонников M5S, ещё 39,9% — это «центристы», на долю правых остается 15,1%. Поэтому, в большей мере обоснованным было бы отнести сторонников и избирателей движения (2012) к «лево-либеральному» политическому лагерю, его центристской части. В меру радикально настроенных, испытывающих разочарование в политике, разделяющих «демократические ценности» и именно поэтому постоянно мечущихся в разные стороны. С течением времени, по мере «нормализации» M5S в парламенте, оно смещалась вправо, и стала больше склоняться в сторону «правого центра» и правее. Обыденностью стали антисемитские заявления и правая (даже ультраправая) риторика со стыдливой апологией итальянского фашизма со стороны ряда депутатов от M5S.

Массы (социальная база движения, не его политический аппарат), втянутые в такого рода движения — это ближайшие союзники левых. Более того, в подавляющем большинстве — это разочаровавшиеся избиратели «левых», которых они последовательно кидали на протяжении десятилетий. Именно это служило одним из самых серьёзных оснований для симпатий M5S. Вместе с отсутствием серьёзной низовой работы, ориентированием исключительно на партийную бюрократию, участием в закулисных сделках с правящими верхами и явно непоследовательным оппонированием непопулярной внутренней политике. Это, во многом, наказание для тех партий, что выставляли себя в качестве политической альтернативы правым, но, де-факто, при приходе к власти стали тут же проводить схожую с ними политику. Это разочарование и вылилось в переход в «другой лагерь». И именно это — гораздо более важный вопрос при обсуждении «новых популистов», который постоянно убирают под коврик многочисленные комментаторы. Особенно среди «левых». Никому же не хочется признаваться в своих ошибках и в том, что соглашательская политика, потерпев крах, породила на свет движения, часть которых либо прямо является неофашистскими, либо близки к правому лагерю, если не по программе, то уж риторикой точно.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s