Вильям Дю Буа, антиимпериализм и межвоенная Япония. Введение

«Без искренней веры в Правду и Ложь и в Божественную справедливость, никакой образованный негр не может быть свободен от самоубийства».

Вильям Дю Буа.

Когда началась I Мировая война, Вильям Дю Буа, уже тогда известный и популярный среди афро-американцев, активно пропагандировал необходимость встать всем неграм плечом к плечу с белыми американцами в сражении против «немецкой угрозы». Исходя из своего понимания общественных отношений, он считал, что это будет способствовать сплочению американской нации, уравниванию прав черных – они ведь покажут своим участием в войне, что являются составной частью нации, в равной степени патриотичной и ответственной за её судьбу. Побывав на полях сражений, увидав условия, в которых содержались негры-солдаты США, сравнив их положение в американской армии, с тем, как к ним относились обычные французы, он стал приходить к пониманию того, что участие в войне не изменило отношение белого большинства к неграм.

К моменту вступления США во II Мировую войну, мы видим Дю Буа не только не призывающего к активному участию негритянского населения в войне, а прямо протестующего против участия Америки в войне с Японией на Тихом океане. Причинами которой, по его мнению, явились «расовые предубеждения» в отношении цветной Японии, а также имеющиеся «отношения между цветными нациями» вообще и между Японией и афро-американцами в частности. Так, в одном из писем секретарю Университета Фиска, датированного 3 февралём 1941 года, Дю Буа высказал удовлетворение тем, что Университет не затронула военная истерия. В письмо он написал, что, по его мнению «в этой войне мы атакуем Японию из-за расовой предубежденности», но в тоже время признавал, что оборонительная война со стороны США может быть оправдана.

В чем же была причина такого рода убеждений? Ду Буа пытался подходить к внешне- и внутриполитическим событиям и процессам с точки зрения успехов и помощи борьбе цветного населения США за свои права и в этом случае «цветная» Япония, «противостоящая белым угнетателям Азии» служила ярким примером того, что могли добиться цветные нации, если бы их не сдерживали внешние империалистические силы.

Как говорил Дю Буа, успешная война Японии с Россией повлияла на восприятие афро-американцами перспектив развития их движения внутри страны. Надо понимать, что победа «цветной Империи» над «белым Царем» привела к резкому росту уверенности в своих силах, в возможности победы над белыми колонизаторами не только в Азии или Африки, но и в США. Впервые, одна из ведущих империалистических держав терпела поражение от азиатского государства, относительно недавно проведшего буржуазные реформы и вырвавшегося из условий «варварской дикости» к вершинам «цивилизационного развития». Победа Японии привела к тому, что, как писал Дю Буа, «дурацкое современное восприятие самого понятия «белый»», как развития и прогресса, было поколеблено. С другой стороны, это усилило его восприятие современной истории, как проблемы отношений между цветными расами и белыми. Вне зависимости от того, проиграла бы Япония или же нет, по его мысли – эта война, сама собой пробудила людей «черной и коричневой рас». В дальнейшем эти чувства только усиливались, что отражено в его эссе «Африканские корни войны», написанного по-поводу Первой Мировой.

В эссе Дю Буа провозглашал, что война 1914-1918 годов имела причиной передел колониальных владений в Африке. Основой этого являлось соревнование империалистических держав, ясное дело, в массе своей населенных белым населением, в возможности угнетать и эксплуатировать цветные расы колоний и зависимых стран.

Интересно отметить, что Дю Буа тонко уловил попытки ведущих колониальных держав склонить Японию к тому, чтобы она «вела себя, как белый колонизатор и таким образом объявить её «Арийской»». Он выражал сомнения, что Япония купится на этот трюк, так как, по его мнению, у неё есть противоречия с другими державами и видел знаки того, что «Япония не мечтает о мире управляемом только белыми». В успехах Японии он видел приметы того, что подавляющее большинство человечества восстанет и покончит с расовыми предубеждениями, империализмом, экономическим угнетением и религиозным лицемерием. В конечном итоге, он даже предвидел ситуацию, в которой «негры, вместе с азиатскими союзниками, сметут господство белых». Говоря иными словами, Дю Буа считал, что у Японии нет иного варианта, как встать на одну сторону с угнетенными цветными. Исходя из этого, Дю Буа тщательно перечислял в свою статьях те моменты в отношениях между Японией и США, что может поставить их на грань войны. Он, к примеру, напоминал своим читателям о том, что в США были приняты явно дискриминационные законы в отношении эмигрантов азиатов – японцев, китайцев, — низводящие их до людей второго сорта, ограничивающие их права (например — в штате Калифорния), их право претендовать на американское гражданство, их право наниматься на определенные виды работ и т.д. Он писал о том, что в ряде англо-саксонских стран (США, Австралия и Новая Зеландия) японцев и китайцев де-факто исключали из общества, держа на положении париев.

На эти темы Дю Буа писал много и часто. Так, в марте 1932 года он написал письмо исполнительному секретарю Женской Международной Лиги за Мир и Свободу (Women’s International League for Peace and Freedom), говоря, что принятые в США неравноправные в отношение японцев законы, отказ Лиги Наций занять четкие позиции в отношении расового равенства и постоянные угрозы «японцам со стороны США и Европы со времен коммодора Перри и прямо к нынешней пропаганде на Дальнем Востоке», — являются яркой иллюстрацией к тому, как расовые предубеждения ведут к войнам и омрачают мирные переговоры между странами. Таким образом, уже в начале 30-х годов у Дю Буа сложилось определенное мнение в отношении к американским и европейским действиям на Дальнем Востоке и противостоянии его страны с Японией, которое, как он полагал, полностью определялось расовым предубеждением, политикой империалистических захватов и постоянно подпитывалось враждебной Японии, как стране населенной цветными, расистской пропаганде.

В тоже самое время, обличение американской и европейской агрессии по отношению к Японии, никоим образом не касались непосредственно самой Японии и её империалистической политики в Азии, и особенно в Китае. На это стоит обратить отдельное внимание и ещё раз напомнить о том, что Дю Буа считал, что Япония является чуть ли не единственной силой, способной покончить с переделом Азии и вырвать из под «империализма белых»цветные народы региона. Рассмотрим его соображения по порядку.

Как он сам указывал в одной из своих статей, японцы и китайцы — это народы-кузены, с близкой друг другу культурой, которые, по идее, должны были совместно противостоять западной агрессии в регионе. Более того, по его мнению, японское общество, как более милитаризированное — «Япония — общество, в котором солдат занял преимущественное положение по сравнению с другими классами» — вообще было наиболее пригодно для отражения европейского вмешательства в азиатские дела. Но, что видели японцы, задавался вопросом Дю Буа, — Китай выбрал торговлю с Европой, а это, в свою очередь напугало Японию. Страна, которая отчаянно нуждалась железе и угле Кореи и Маньчжурии (для продолжения своей модернизации), из-за такой позиции своего азиатского коллеги была вынуждена объявить ему войну в 1894 году. Дю Буа, таким образом, игнорировал не только историю опиумных войн в Китае, но и противоречия, которые складывались между двумя императорскими дворами, в котором один — Китай, всегда превалировал над вторым — Японией, и в отношении вассальной или прямой зависимости от первого находились сферы японского колониального вторжения — Тайвань, Корея и другие. Необходимость во внешних ресурсах сложилась в Японии не сразу, а в результате японской революции, которая уже сама по себе была отражением не только процессов разложения феодального строя, но и во многом попыткой предотвратить превращения страны в полуколонию, по аналогии с Китаем. Таким образом война с Китаем отражала, как нарастающие стремления к колониальной экспансии растущей японской буржуазии, так и стремление военно-бюрократических слоёв закрепить своё преимущественное политическое положение в стране, путём её милитаризации и территориального приращения. Последнее должно было привести к дальнейшей милитаризации и колониальному освоению, в котором именно эти слои надеялись поучаствовать и тем самым ещё и экономически подвинуть японскую буржуазию. Однако все эти соображения, если и были известны Дю Буа, то в его статьях по-поводу Японии в этот период мало прослеживаются.

Вторжение Японии, её стремительное продвижение было остановлено совместными усилиями Франции, Германии и России, которые заставили её оставить Маньчжурию и вернуть многое из завоеванного. Всё это предшествовало, по мнению Дю Буа, росту противоречий между Японией и европейскими державами, особенно между Японией и Россией и составило важный пролог к будущей войне. В тоже время, как считал Дю Буа, постепенная дезинтеграция Китая, его неспособность противостоять империалистическим хищникам больно ударяла по Японии, так как усиливало её соперников на ДВ. Вообще говоря, просто исходя из той позиции, что занял Китай, Дю Буа считал, что Япония является единственно серьёзным противником европейских держав на ДВ, неким «лидером желтой расы». С этой позиции, как он думал, укрепление позиций Японии на китайском северо-востоке — этом естественном поставщике ресурсов для японской промышленности — приведёт её последовательно к доминированию в Азии, соответственно она станет лидером всего человечества, что будет означать, наконец-то, концом правления белых в Азии, а потом и во всем мире. Из этого же естественно находилось решение для его видения мира, в котором расовая война между белыми и цветными наконец-то покончит с империализмом и расовым угнетением. Таким образом, без захвата части Китая Японией, последней нечего было думать о действенном сопротивлении «белому миру». Одновременно с этим, Дю Буа понимал, что захват одной из самых промышленно развитых частей Китая, приведет последний к весьма и весьма бедственному положению. И всё же, по его мысли, столь древняя цивилизация, как Китай, цивилизация, которая для своих подданных, по его мнению, подарила настоящий, а не мнимый, вечно раздираемый конфликтами мир, как в случаях с США и Европой, никак не могла противостоять им.

С его точки зрения ни одна из европейских держав и США не имели никакого морального права требовать от Японии сдачи Маньчжурии, в которой она так нуждалась, обратно Китаю, так как последний, в силу своей естественно слабости и закабаленности со стороны империалистических держав, тут же сдаст регион им. Как писал Дю Буа, хотя Китай и мнит США своим другом, но китайцы «презираются и преследуются в Америке практически также сильно, как и негры». Вспоминал он и о том, что Англия и Франция имели территориальные приращения за счет Китая — Англия украла Гонконг, а Франция, как и другие страны активно присоединяла к себе территории вокруг строящихся ж/д. Для Дю Буа это было равносильно, если не катастрофе, то серьёзному откату назад. Со всеми вытекающими для мирового «расового освобождения» последствиями, включая и борьбу негров у него в стране.

В 1936 году Дю Буа посетит Японию и Китай, что послужит дополнительной проверкой его теоретических заключений.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s